Минометчики

Сидим, разговариваем, а вместе с нами в блиндаже находились еще двое или  трое, начштаба и ординарец что ли, не помню уже. Вдруг, слышу снаряд  упал – перелёт. Сколько их там падало, я не беспокоился, а тут вдруг  чего-то забеспокоился. У меня сразу мысль - сейчас недолёт будет. Точно…  Тут уж я окончательно заволновался. Говорю им: «Сейчас будет наш!  Давайте бежим отсюда! Что-то я волнуюсь. Никогда такого не было». – «Да  что ты…» - «Следующий наш!» Тут у меня нервы не выдержали, я выпрыгнул  оттуда и побежал по окопу. Только отбежал метров двадцать, прямое  попадание в блиндаж…

Я был еще совсем пацаном, поэтому противник начал обстреливать нас  осколочными снарядами и шрапнелью, то высунулся из своего окопчика и был  в первый раз ранен в правую ногу, тонкий осколок впился в икру.  Замкомвзвода кричит: «Медсестра, командира ранило!» Она подбежала,  глянула, и спокойно замечает: «О, это ничего, сейчас сделаем».  Плоскогубцами выдернула осколок, к счастью, он недалеко вошел, чем-то  замазала и залила риванолью. Дальше медсанбата не пойдешь, ведь если  уйдешь в полевой госпиталь, то отправят в тыл, и в родную часть больше  не вернешься. Поэтому я вообще в медсанбат не пошел, остался на передовой.

Собралось трое ребят, пошли в военкомат, нас отправили по домам из-за малолетства. Я долго ходил и думал, как же так сделать, чтобы попасть на фронт. Взял свою метрическую выписку, это была бумажка, не такие, как сейчас свидетельства о рождении, а тоненькая бумажка, и там 1927-й год рождения исправил на 1926-й. Причем так исправил, что «6» получилась очень коряво, потому что из «7» ее трудно сделать. Но если бы взялся тереть или вытирать, то бумажка могла вообще разлезться. При этом слово «сьомий» прописью оставил, ведь что я мог с ним сделать.

За то, что я быстро бегал, он взял меня к себе вестовым. А я очень  быстро бегал. «Мастер спорта по толканию пищи» - так он меня называл.  Что интересно, у него в Карпатах усик гранаты отломился. Если чуть-чуть  зацепишь, рванет в руках и разнесет к чертовой матери. Смелые офицеры  были во время войны. Так вот он мне дает в руки эту гранату. РГД- 42 я  очень хорошо с того случая запомнил. Дает мне и говорит: «Вот тебе  граната и противогазная сумка. Не переживай сильно. Если ты ее  отпустишь, она взорвется и хоронить в принципе будет нечего. Мучиться не  будешь точно».